Обучение

Learning

Образование

Education

Исследования

Research

Комментарии

Commentaries

e-mail: info@lerc.ru
блог: lerc.livejournal.com

«Проблемы региональной экономики»

Вестник №27

16.10.2016

Корчагин Ю.А.

ЧЕЛОВЕЧЕСКИЙ КАПИТАЛ – СУЩНОСТЬ, ИДЕОЛОГИЯ, РАЗВИТИЕ

16.10.2016

Овчинникова Т.И., Полозова А.Н., Нуждин Р.В., Абарина Е.В., Горковенко Е.В.

МЕТОДИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ ОЦЕНКИ ФИНАНСОВЫХ РИСКОВ И КОРПОРАТИВНЫХ УГРОЗ

16.10.2016

Корчагин Ю.А.

РЕЛИГИИ - ФУНДАМЕНТ МЕНТАЛЬНОСТИ И ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО КАПИТАЛА.

16.10.2016

Рисин И.Е., Баринова Е.В., Кирьянчук В.Е.

СОВЕРШЕНСТВОВАНИЕ ТЕРРИТОРИАЛЬНОЙ ОРГАНИЗАЦИИ МУНИЦИПАЛЬНЫХ ОБРАЗОВАНИЙ

16.10.2016

Логунов В.Н.

Информационные технологии в системе инновационного развития регионов

16.10.2016

Рисин И.Е., Баринова Е.В.

СОВЕРШЕНСТВОВАНИЕ УПРАВЛЕНИЯ ПРОЦЕССАМИ РАЗВИТИЯ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ОСНОВЫ МЕСТНОГО САМОУПРАВЛЕНИЯ

16.10.2016

Болдырев В.Н.

К ВОПРОСУ О РАЗВИТИИ ТЕОРИИ И МЕТОДОЛОГИИ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ БЕЗОПАСНОСТИ МАЛОГО ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСТВА

Корчагин Ю.А.

16.10.2016

Корчагин Ю.А.

Китай и США: развитие, мировой кризис, будущее

16.10.2016

Горбунов В. Г.

Экспертная система для финансового управления предприятием

Корчагин Ю.А.16.10.2016

РЕЛИГИИ - ФУНДАМЕНТ МЕНТАЛЬНОСТИ И ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО КАПИТАЛА.

Основой, фундаментом качества труда народа является его ментальность, его традиции, его многовековой накопленный опыт, который и определяет в свою очередь качество накопленного человеческого капитала как фактора развития экономики и общества.

Ментальность народа формируется под влиянием его религии, природных условий, численности нации, окружения, географии и пр.[1]

Особую роль в формировании ментальности любого народа играла в прошлом религия, которая формировала семейные традиции, отношение к труду, креативность нации, ее свободолюбие, законопослушность и другие черты.


Pic.1.JPG

Рис. 1. Влияние религии и ментальности на человеческий капитал



Фундаментальный вклад в исследования влияния религии на менталитет населения и экономику внес М. Вебер[2] (1864-1920) (основные работы - "Протестантская этика и дух капитализма" и "Три чис­тых типа легитимного правления"). Вебер связал успехи развития экономики европейской цивили­зации с протестантской ментальностью.

Английский историк и социолог Арнольд Джозеф Тойнби (1898-1975) выполнил анализ ци­вилизаций Востока (исламской, индуистской, буддийской) с точки зрения влияния религий и активной части населения на их развитие. Движущей силой развития цивилизации Тойнби считает творческое меньшинство,  которое способно вести за собой народ и общество. Состояние творческого меньшинства и определяет, по Тойнби, расцвет или упадок страны.

Фундаментальной основой роста уровня и качества человеческого капитала (и его конкурентоспособности на мировом уровне) является культура и менталитет нации, на формирование которых решающее влияние оказывала национальная религия. Этика труда, которая во многом определяет качество современного труда, человеческий потенциал нации, формировалась  многими поколениями под воздействием того или иного религиозного мировозрения. Отсюда и происходят различия в возможностях и темпах развития стран из различных цивилизаций.

В мире христиане составляют по данным ЦРУ США 33.32% населения (католики - 16.99%, протестанты 5.78, православные 3.53, англиканцы - 1.25); мусульмане - 21.01%; приверженцы индуизма - 13.26%; буддисты 5.84%.

Александр Мень писал[3]:

«То, что религия и в наши дни оказывается связанной с наиболее значительными духовными движениями современности, лишний раз напоминает об укорененности культу­ры в почве веры. Ведь формы культуры определяются в первую очередь тем, как воспринимает человек окружающий мир, что он думает о себе, о жизни, о Высшем, какие этические прин­ципы руководят его поступками, какие идеалы вдохновляют его творчество. Словом, культура, в конечном счете, зарождается в недрах того, что можно называть религией в широком смысле слова.

...Даже для исследователям, весьма далеких от веры, давно стало ясно, что этика и метафизика, искусство и естествозна­ние обязаны ей своим происхождением. Искусство родилось как культовое, наука и философия возникли, как попытка осмыслить религиозный взгляд на мир; мораль, право, семья базировались на заповедях веры. И это относится не только к прошлому. Вера в высший смысл Вселенной сегодня, как и в древности, является стержнем, который придает внутреннее единство любой культуре.

...Но если интеллектуальные и духовные изменения приносят далеко идущие результаты в материальной жизни народов, то чисто внешняя материальная перемена производит ничтожный положительный эффект, если она не имеет корня в культуре и психологических особенностях народов. Хорошо известно, что влияние современной материальной цивилизации на примитивные народы обычно не ведет к культурному прогрессу. Наоборот, если оно не сопровождается постепенным процессом духовной ассимиляции, оно разрушит культуру, которую завоевало.

Религия, как мы отметили, оказывает воздействие не только на духовную жизнь общества, но и на его экономику. Так, Макс Вебер установил, что условия для возникновения капитализма были еще в античности и в средневековье, но только с появ­лением протестантизма он стал развиваться бурно и быстро. Исследуя раннюю протестантскую литературу, Вебер заметил, что в самом мировоззрении лютеран находился тот идеологический импульс (идея «профессионального долга»), который способство­вал прогрессу капиталистического способа производства. Применяя статистический метод, Вебер показал, что капитализм наиболее процветал именно в странах протестантизма (в Англии, Германии, Америке), и, наоборот - у непротестантских наций он развивался значительно медленнее».

Возникнув в средние века в эпоху Реформации как ответ на требования времени, протестантизм сформировал новый тип личности с иным отношением к труду и миру. Реформация стала одним из основных факторов, обусловивших формирование менталитета наций передовых стран мира и раз­витие немецкой, английской, американской и ряда других культур в целом, и культуры труда в частности.

Протестантизм внес глубокие изменения в систему ценностей и породил новые традиции. Простота, рационализм во многом определили новое мышление миллионов людей различных стран мира. Для них жизнь стала осознанным долгом, а добродетелями - трудолюбие, бережливость, аккуратность, пунктуальность. Вера же стала глубоко индивидуальным делом.

Эти элементы в разрозненном виде су­ществуют и в  других религиозных системах, но такое полное их сочета­ние уникально. Протестантизм в виде симбиоза данных элементов возник, конечно, не случайно, а как ответ общества на требования времени, экономики и самой жизни. И он не законсервировался, не закостенел, а продолжил развиваться в ногу со временем.

Проблему соотношения труда и религий всесторонне исследовал Марк Лапицкий. Он пишет:

«Отношение протестанта к труду во многом предопределила идея профессионального призвания, следствием которой богатство морально оправдывается. Протестантские догмы осуждают желание быть бедным, приравнивая его к желанию быть больным. Если же нищенствует человек, способный работать, то это осуждается не только как грех безделья, но и как нарушение завета любить ближнего своего. Протестантизм способствовал распространению духа предпринимательства, рационализма, прагматизма, способствовал более качественному труду. Неудивительно, что протестантов в некоторых странах назы­вали «пионерами квалифицированного труда.

Признаком истинной веры протестантизм считает не столько внешнее вы­полнение человеком религиозных предписаний, сколько честное выполнение своих обязанностей. Не случайно трудовой этике в протестантизме отводится особая роль. Если официальный католицизм рассматривал необходимость трудиться «в поте лица своего» как расплату за первородный грех, то протестан­тизм видел в труде важнейшую ценность, священный долг перед Богом, обществом, наконец, перед самим собой[4]».

Еще Вебер[5], изучая статистику, посвященную анали­зу профессионального состава населения Бадена, обратил внимание на то, что среди протестантов был значительно выше, чем среди католиков, процент вла­дельцев капитала, предпринимателей, квалифицированных рабочих. Данные по Германии совпали с данными других стран. Кроме того, молодые протестанты поступали в основном в реальные гимназии и технические институты, а ка­толики - в общеобразовательные гимназии и университеты. Далее, оказалось, что и католические страны, такие, на­пример, как Италия и Испания, сильно отстали в промышленном разви­тии от стран протестантских Англии и Голландии.  Эти исследования позволили Веберу выдвинуть гипотезу о на­личии прямой связи между религией и  атмосфе­рой в семье, выбором детьми профессии и их отношением к труду.

 В своем развитии протестантизм создал условия для всеобщей  конкуренции, состязательнос­ти, для развития капиталистических (конкурентных с частной собственностью) отношений, которые в свою очередь и породили протестантизм.

Протестантизм базировался и базируется на простоте церковных обрядов, норм общения, на рациональных расходах церкви, граждан и бизнеса, на разуме, здравом смысле, на конструктивизме, на эффективной экономике, на доверии к личности, на ее экономической свободе (в т. ч. на равноправии мужчин и женщин), на свободной конкуренции во всех сферах экономики и жизни. Протестантская трудовая этика в итоге способствовала созданию и росту среднего класса, т.е. созданию современного гражданского общества.

Краткая формула протестантизма - рационализм, свобода, креативность.

Протестантизм породил либеральную экономику с высокой степенью экономической свободы и высшим качеством человеческого капитала.

Страны, в которых протестантская религия ведущая, занимают передовые позиции в мировой экономике, науке, образование. К ним относятся США, Великобритания, Канада, Новая Зеландия, Австралия, Франция, Германия, скандинавские страны, Швейцария, Австрия, страны Бенилюкса и др.  Протестантская религия - ведущая в Эстонии и Латвии. И именно протестантские страны первыми создали инновационно-информационные экономики и общества.

В табл. 1 приведены ВВП на душу населения первых 39 стран мира по этому показателю. В первую двадцатку входят из непротестантских стран Сингапур (4 место, ведущая религия: буддизм - 42,5%); Гонконг (местные региональные религии - 90%); Ирландия (5 место, 87,4 % населения - католики, протестанты - около 4%, в основном элита страны); Япония (18 место, основные религии - синтоизм и буддизм: обе вместе - 84%). Католическая Италия занимает 21 место (католики - 90%, остальные в основном протестанты, данные взяты с сайта ЦРУ, 2008г.). В первую двадцатку стран по ВВП входят 15 протестантских (пр.)  стран, 3 восточно-азиатских страны и одна католическая страна Ирландия, элита которой сформировались под влиянием протестантской Великобритании.

К протестантским странам относятся страны, в которых ведущей является пр. религия и их элита сформировалась под ее воздействием.

 

Табл. 1. ВВП на душу населения стран мира  по ППС в 2005г. и в 2007г.,  долл.

место

2005

Страны

Доля
страны в мировом

ВВП,  2005г.

ВВП на душу
населения
2005 г.

ВВП на душу
населения
2007 г.

место

2007

1

Люксембург

0,06

70014

80800

1

2

Норвегия

0,40

47551

55600

2

3

США

22,51

41674

46000

4

4

Сингапур

0,33

41478

48900

3

5

Ирландия

0,29

38058

45600

5

6

Исландия

0,02

35630

39400

7

7

Швейцария

0,48

35520

39800

6

8

Канада

2,06

35078

38,200

10

9

Гонконг (Китай)

-

-

42000

-

10

Нидерланды

1,03

34724

38600

9

11

Австрия

0,51

34108

39000

8

12

Дания

0,33

33626

37400

12

13

Австралия

1,22

32798

37500

11

14

Бельгия

0,61

32077

36500

14

15

Швеция

0,53

31995

36900

13

16

Великобритания

3,46

31580

35300

15

17

Германия

4,57

30496

34,400

17

18

Финляндия

0,29

30469

35,500

16

19

Япония

7,04

30290

33,800

18

20

Франция

3,39

29644

-

-

21

Италия

2,96

27750

-

-

22

Испания

2,15

27270

-

-

23

Греция

0,51

25520

 

 

24

Новая Зеландия

0,18

24554

 

 

25

Кипр

0,03

24473

 

 

26

Израиль

0,28

23845

 

 

27

Словения

0,08

23004

 

 

28

Южная  Корея

1,87

21342

 

 

29

Мальта

0,01

20410

 

 

30

Чехия

0,38

20281

 

 

31

Португалия

0,38

20006

 

 

32

Венгрия

0,31

17014

 

 

33

Эстония

0,04

16654

 

 

34

Словакия

0,16

15881

 

 

35

Литва

0,09

14085

 

 

36

Польша

0,94

13573

 

 

37

Латвия

0,06

13218

-

-

38

Россия

3,09

11861

14600

-

39

Мексика

2,14

11317

12500

-

 

В соответствие с рейтингом стран по уровню жизни за 2007 год, составленным ООН по индексу развития HDI, в первые 20 стран входят 3 католические страны (Ирландия, Испания и Италия), Япония и 16 пр. стран (табл. 2).

Табл. 2. Рейтинг стран по уровню жизни за 2007 год,

составленный ООН по индексу развития HDI

СТРАНЫ С ВЫСОКИМ УРОВНЕМ ЖИЗНИ (0.999 - 0.800)

1 Исландия

12 США

23 Израиль

2 Норвегия

13 Испания

26 Южная Корея

3 Австралия

14 Дания

27 Словения

4 Канада

15 Австрия

28 Кипр

5 Ирландия

16 Великобритания

32 Чехия

6 Швеция

17 Бельгия

43 Литва

7 Швейцария

18 Люксембург

44 Эстония

8 Япония

19 Новая Зеландия

45 Латвия

9 Нидерланды

20 Италия

64 Беларусь

10 Франция

21 Гонконг

67 Россия

11 Финляндия

22 Германия

70 Бразилия

СТРАНЫ СО СРЕДНИМ УРОВНЕМ ЖИЗНИ (0.799 - 0.500)

73 Казахстан

76 Украина

81 Китай

СТРАНЫ С НИЗКИМ УРОВНЕМ ЖИЗНИ   (0.499 - 0.ХХХ)

172 Мозамбик

173 Мали

174 Нигер

175 Гвинея-Биссау

176 Буркина-Фасо

177 Сьерра-Леоне

Табл. 3. Страны с наилучшим развитием

человеческого потенциала и РФ в 2006г.

Место

Страна

ИРЧП

Ср. продол.  жизни

1

Исландия

0.968

81,5 лет

2

Норвегия

0.968

79,8

3

Австралия

0.962

80,9

4

Канада

0.961

80,3

5

Ирландия

0.959

78,4

6

Швеция

0.956

80,5

7

Швейцария

0.955

81,3

8

Япония

0.953

82,3

9

Нидерланды

0.953

79,2

10

Франция

0.952

80,2

67

Россия

0.802

65 лет

Источник: Human Development Report 2006.

В первую десятку стран  с наилучшим развитием человеческого капитала  по докладу 2006г. (табл.3) вошли кроме пр. стран Ирландия и Япония.

Восточно-азиатские «тигры» во главе с Сингапуром и Японией (табл. 1) совершили грандиозный рывок в своем развитие. И буквально ворвались в число самых развитых и богатых стран мира.

В последние десятилетия  огромных успехов добились государства, в которых большинство населения составляют китайцы: Сингапур, Гонконг (входит политически в состав Китая, но экономически независим), Тайвань и сам Китай. И это не случайно. В китайской культуре и религиях ведущее положение занимают конфуцианство и буддизм. Рационализм, прагматизм и конструктивизм жизненного поведения, отраженные в «конструктивных» мировых религи­ях, могут принимать самые различные формы.

«Конфуцианство, - писал М. Вебер, - по отсутствию всякой метафизики и обычных проявлений рели­гиозности настолько рационально, что находится на границе того, что вообще может именоваться «религиозной этикой», и настолько трезво в смысле отказа от всех неутилитарных мерок, как ни одна другая этическая система... Вместе с тем, оно резко отличается от всех видов практического рационализма Запада, несмотря на ряд действительных и мнимых аналогий»[6].

Марк Лапицкий пишет:

«Думается, что особый тип культуры, сложившийся с древних времен в Юго-Восточной Азии, сыграл далеко не последнюю роль в том, что наше время стало свидетелем подлинного прорыва в экономическом развитии этих стран. Их крупным хозяйственным успехам способствовал весь жизненный уклад народов, сложившийся под сильным влиянием конфуцианства. Да и в свое время триумф учения Конфуция был обусловлен созвучием его идей тем идеалам, которые китайцы уже издавна впитывали с молоком матери. Людей привлекала рациональная этика, прагматизм, активное деятельное начало конфу­цианства, ставшего образцом без религиозной морали.

Характеризуя конфуцианство как особую социально-политическую и идеологическую систему, Вебер сопоставляет два вида рационализма - протестантский и конфуцианский. Вебер показывает, что рационализм присущ духу обеих этик, но только пуританская рациональная этика ведет экономический рационализм к своему логическому завершению - капитализму. Протестантизм требовал рациональной власти над миром, что было невозможно осуществить без преобразования себя и мира. В отличие от протестантского, конфуцианский рационализм отстаивал сложившийся в Китае уже с давних времен «образ» справедливости, который следовало только поддерживать должным образом»[7].

По Лапицкому, формула конфуцианства звучит так: «конфуцианство - ритуал и рационализм».

Сказанное выше в определенной степени относится и к буддизму.

Вебер писал, что и конфуцианец, и пуританин были людьми «здравого смысла», рационалистами, но пуританин был внутренне свободен, раскован и готов самостоятельно и активно решать свои проблемы, преодолевая трудности и преобразуя внутреннюю и внешнюю среду обитания, в то время как жизнь конфуцианца была скована «церемониальными оковами». Пуританин решительно создавал лично свой бизнес, ковал лично свои успехи, не на кого не оглядываясь. Он был внутренне свободен, раскован и креативен.

Жизнь конфуцианца от самого рождения до дня его смерти была формализована. Китайские предприятия были семейными или клановыми и управлялись не по законам рынка, а по правилам церемониала. Таким образом, китайская экономика (как и японская, и корейская) в значительной степени  регулировалась пиететом, ритуалом, что делало ее менее эффективной.

 Исследования позволили Веберу сделать вывод, что китайские условия в целом не были достаточными для создания эффективного саморазвивающегося капитализма, однако он считал, что китайца нельзя считать «естественно неспособным удовлетворять требованиям, предъявляемым капитализмом».

Жизнь подтвердила глубокие и дальновидные выводы Вебера. Ни китайцы, ни корейцы сами не  сумели создать эффективный, саморазвивающийся капитализм «с человеческим лицом». И восточная цивилизация, начиная со средних веков, проигрывала экономическое соревнование с христианской цивилизацией. Конфуцианская этика не предполагала инновационных порывов и прорывов. В основе ее лежало уважение к старшим, терпение, вежливость, искренность, сострадание, мудрость, трудолюбие и послушание. К тому же, прагматичные европейцы с американцами вкладывали гораздо больше средств в человеческий капитал (в образование и знания, особенно в области естественных дисциплин). И это предопределило их успех. Однако азиаты в двадцатом веке оказались очень хорошими и прилежными учениками и перенимателями чужого (лучшего) опыта и знаний.

Фактически христиане разбудили спящих восточных «тигров». И теперь они, стали полноправными членами процесса мировой глобализации, быстро развиваются и успешно вписались в мировую экономику и в мировое разделение труда.

Перейдем далее к стране, совершившей необыкновенное чудо в экономике, к Японии, в основе культуры которой лежит синтоизм и буддизм (84% населения).

Япония  - страна с древней культурой и богатыми историческими традициями сравнительно легко (после войны под «присмотром» американцев) впитала в себя демократические ценности передовых стран мира, высокие технологии, достижения экономической науки и практики. И стала создавать свои высокие технологии, не говоря уже о конкурентоспособной продукции. Буддизм и синтоизм, трудолюбие и прилежание, воспитанные на базе этих религий, способствовали успехам японцев. И произошло это потому, что страна Восходящего Солнца уже обладала высоким уровнем человеческого капитала высокого качества. Надо не забывать о том, что свое первое чудо японцы совершили еще в конце девятнадцатого - начале двадцатого веков, войдя в число развитых стран мира того времени. А после второй мировой войны в Японии сохранилась элита общества во главе с императорской семьей. Бывшие самураи стали хорошими предпринимателями и менеджерами.

Японцы сохранили свою культуру и традиции, поставив их на службу ускоренному наращиванию экономической мощи страны. Они отказались от главного тормоза экономики любой страны - ее милитаризации и непомерных расходов на армию и вооружение. Экономический ресурс в виде предпринимательской способности всегда присутствовал в Японии. Труд также был достаточно квалифицированным. Поэтому инвестиционные вложения в человеческий капитал, наряду с инвестициями в экономику, дали в Японии значительную отдачу, что и стало базисом японского экономического чуда[8].

Разумеется, японское чудо во многом обязано технологической, моральной и финансовой поддержке со стороны США и открытой демилитаризированной экономике страны. Первое японское чудо начала двадцатого века базировалось на купленных у Запада технологиях и приобретенном там оборудовании и вооружении. Серьезной науки и собственных технологий в Японии тогда не было.

И после второй мировой войны Япония долгое время была лишь прилежным учеником в фундаментальных науках, уступая на этом поприще США и СССР. И по настоящее время коренных японцев практически немного среди лауреатов Нобелевских премий, фундаментальная наука Японии по-прежнему отстает от американской. Связано это с менталитетом японцев, который базируется на созерцательных религиях Востока, на преклонении, послушании и трудолюбии. Но этого недостаточно для создания прорывных технологий и фундаментальных открытий в науке.  У японцев не хватает  риска и стремления к неизведанному. Они пока мало способны на пренебрежение научными авторитетами, устоявшимися законами и аксиомами, которое порой приводит к открытиям. В них пока дремлет Демон научного поиска и необузданных научных страстей. Может он когда-то и проснется.

Еще раз отметим, что и первый этап своего ускоренного развития в начале прошлого века, и второй этап во второй половине прошлого века Япония совершила на базе достижений образования, знаний, технологий западных стран. Синтоизм, буддизм способствовали успешному развитию внутренней культуры населения, своеобразного гуманитарного образования, семейной  и корпоративной этики, трудовому воспитанию. Но оно не содержало и не давало своим приверженцам посылов, побуждений и стимулов для развития фундаментальной естественной  науки, для стремления к радикальным новациям, для НТП в целом. Эти религии не побуждали к прогрессу и ускоренному развитию. Не побуждали к конкуренции и состязательности -  главным двигателям НТП.

Японское чудо несколько поблекло в 1990-х годах двадцатого столетия. Япония  в эти годы неожиданно для аналитиков, экономистов и политиков вступила в длительную полосу стагнации своей экономики. Страна Восходящего Солнца, которая казалась непобедимой и неукротимой на мировых рынках, неожиданно полностью проиграла соревнование своему главном конкуренту - США.

Прагматичные и дальновидные американцы, безнадежно проигрывая японцам  в 1970-1980 годах рынок потребительской электроники,  в том числе, нишу телевизоров, решили (сознательно) уступить его японцам и переключились на разработку программного обеспечения, компьютерных технологий, глобальной сети Интернет, новых систем вооружений, биотехнологий. И в целом перешли к созданию и развитию новой экономики - экономике знаний, информационной экономике, интеллектуальной экономике. Благо, что США, словно магнит, притягивает со всего мира лучший человеческий капитал. И богатейшая страна мира экономит громадные средства на этом, обескровливая конкурентов. Собственно, это не благо, посланное свыше, а взвешенная, прагматичная и дальновидная политика страны, в которой собраны лучшие умы человечества. И в которой для профессионалов и талантов, независимо от их национальности, созданы лучшие условия в мире для самореализации и эффективного труда.

В условиях глобализации США вновь взяли на себя роль самой креативной и инновационной страны. Они почти отказались от индустриального сектора экономики, полагаясь на мировое разделение труда. И этот сектор подхватил в своем развитии Китай, а также другие восточно-азиатские страны (в меньшей степени). В то же время из условий национальной безопасности США продолжают развивать и сохранять высокорентабельное с/х производство, сектор энергетики и нефтегазовый сектор. Способствуют абсолютному лидерству США в мире креативность основной религии - протестанства, созидательная ментальность, эффективность элиты, приток лучшего мирового человеческого капитала в страну, огромные инвестиции в развитие ЧК, науки, инновационной экономики, ИТ и других новейших технологий. И главной базой лидерства США служит лучший по качеству в мире ЧК.

И когда ведутся дискуссии о смене лидера в мировой экономике в пользу Китая, то это вызывает серьезные сомнения. Китаю еще только предстоит создание полноценной постиндустриальной экономики. Пока он создал и продолжает создавать в основном индустриальную экономику - давно пройденный этап развития США. И создает эту экономику Китай на базе заимствований технологий у тех же США, ЕЭС, Японии. И на базе контрафактной продукции, а проще воровства моделей изделий и товаров.

Китай только приступил к решению своих фундаментальных проблем и пока далек от их разрешения. И миру он пока мало, что еще предложил  качественного и нового.

Что касается Японии, то она делает попытку перейти на модель экономики, близкую к либеральной модели экономики США, основанной на полной свободе и раскрепощенности личности в жестких рамках закона. К модели экономики с жесткой конкуренцией и жестокой состязательностью на всех уровнях и во всех сферах, к экономике, включающей эффективный контроль монополий и олигополий. На модель экономики, основанной на трудоголиках и талантах, на качественном и креативном ЧК.

 Экономика Японии, базирующаяся на человеческих отношениях, в основе которых лежит синтоизм и буддизм, дала некоторый сбой в рамках мировой конкуренции, вступив в стадию слабой рецессии. Но дала этот небольшой сбой ее экономика на очень высоком уровне, который - еще большой вопрос:  будет ли когда-либо доступен многим другим странам, включая Россию?

Корейцы по трудовой этике, мировозрению близки к китайцам и японцам. Южная Корея, как и Япония, относится к странам с древнейшей культурой (основные религии буддизм и конфуцианство). Их производительный потенциал долго дремал, пока в страну после второй мировой войны не пришли американцы. Американцы в немалой степени способствовали становлению рыночной экономики и вхождению Южной Кореи (как и Японии, Сингапуру, Тайваню) в число технологически зрелых стран. И вновь корейцы, как и японцы, оказались прилежными, трудолюбивыми и способными учениками. Предпринимательская способность и трудолюбие корейцев известны во всем мире и, в частности, в России. В 2004-07 гг. Южная Корея  приблизилась по ВВП на душу населения к развитым странам (табл. 1).

В конце 1990-х годов Южная Корея пережила кризис, похожий по глубинным причинам на японский кризис. Семейственность олигополий и монополий  (чеболей), отсутствие внутренней конкуренции, значительное участие государства в экономике, коррупция, связанная с этим, вынудили корейцев перейти на экономическую систему, эталоном которой в мире является американская, а в Азии - экономика Сингапура, созданная при участии США, и  Гонконга, созданная при участии Великобритании и США.

О Китае и китайцах достаточно было сказано выше. Менталитет, конфуцианское и буддистское  мировозрение, культура китайского населения сыграли решающую роль в быстром подъеме экономик Тайваня (97% - китайцы), Гонконга (99% - китайцы), Сингапура (более 70% населения - китайцы), Малайзии (около 35% - китайцы), Таиланда и Индонезии. В последних двух странах, составляя лишь несколько процентов населения, китайцы играют в экономике решающую роль в качестве предпринимателей.

Страны, в которых китайцы составляют большую часть населения (Тайвань, Гонконг - вошел в состав Китая, Сингапур), вошли в стадию технологической зрелости и догнали по ВВП на душу населения развитые страны мира.

В 1990-х гг. и в XXI веке  совершает рывок и Китай. Причем, он избрал, пожалуй, оптимальную модель экономического развития для такой огромной по населению страны: модель очагового развития технологически развитых зрелых рыночных зон.

В Европе с большим историческим опозданием вошли в число относительно развитых стран  католические Италия (в меньшей степени), Испания и Португалия. Свои экономические проблемы они решают с помощью передовых протестантских стран, входящих в ЕС. Разрыв по ВВП на душу населения и качеству жизни между католическими странами западного мира и протестантскими  постепенно сокращается.

Главная причина отставания в развитии экономики католических стран - в менталитете их населения, в отношении его к труду, в общем уровне и качестве накопленного человеческого капитала, который формировался веками и росту которого в меньшей степени способствовал католицизм, чем протестантизм (см. выше М. Лапицкого и Вебера).

Этот вывод наглядно подтверждают многочисленные католические страны Латинской Америки. Темпы прироста ВВП в странах Латинской Америки, значительно ниже, чем у «азиатских тигров». И успехи в экономике соответственно, тоже. Основные причины - низкая интенсивность и продолжительность труда, невысокое его качество, сравнительно низкие инвестиции относительно ВВП (предпочитают проедать заработанное, а не вкладывать в будущее). Сравнительно дорогая рабочая сила и некоторые другие факторы, связанные с менталитетом населения и человеческим капиталом.

Неевропейские англосаксонские страны Новая Зеландия, Австралия, Канада, не говоря уже о США, вошли в число самых развитых стран мира одновременно с передовыми европейскими странами - Великобританией, Францией, Германией, Швейцарией и др. Переехавшие в Австралию и Канаду англичане и представители других народов Европы привнесли в новые страны качественный труд и высокого уровня предпринимательскую способность, привезли с собой человеческий капитал высокого качества. И это еще одно историческое доказательство первичности в развитии стран человеческого капитала перед другими факторами роста. И доказательство высокого уровня человеческого капитала, сформированного на базе протестантизма. 

В Африке находятся самые бедные страны мира. И здесь можно наблюдать четкую корреляцию между уровнем культуры основной массы населения в той или иной стране, уровнем ее человеческого капитала и экономикой.

Наиболее экономически развитой африканской страной является Южно-Африканская республика (население - 48,8 млн. чел. в 2008  году, потомки выходцев из Европы - около 10%, в основном христиане, протестанты). Основную роль в экономике страны играют потомки выходцев из Европы. Они и обеспечили высокое качество труда и предпринимательской способности, которые решающим образом сказались на стабильности роста ВВП страны, освоении и создании высоких технологий в промышленности и сельском хозяйстве. ЮАР уже давно является технологически зрелой страной, и лишь высокие темпы роста африканской части населения не позволяют ей войти в число самых богатых стран мира в пересчете на душу населения. В 1975 году население было 25,4 млн. чел., за 18 лет выросло на 62,4% - 3,47% в год. К 2009 году население выросло почти вдвое относительно 1975г. ВВП ЮАР на душу населения в 1999 г. по валютному курсу составил 3150 долл., по ППС душевой ВВП примерно вдвое больше. В 2008г. ВВП на душу населения по ППС составил 10400 долл.

В исламских странах развитие идет сравнительно медленными темпами. И связано это главным образом с ограниченной экономической свободой и низким уровнем человеческого капитала, в том числе в части предпринимательского ресурса и современного образования. Лапицкий так лаконично сформулировал ислам:

«Ислам - всевластие Аллаха и долг».

Ислам в качестве фундамента человеческого капитала как фактора развития также уступил протестантству. В средние века арабские страны почти не уступали в своем развитие Европе.  Образование в этих странах было на высоте своего времени. Но затем христианская цивилизация в лице протестанства совершила рывок в научно-техническом развитии. Протестантские страны опередили всех, в том числе и своих конкурентов из других ветвей христианства - католиков и, особенно, православных. В то же время развитие исламских стран затормозила ортодоксальная религия, которая половину населения - женщин, ставит в неравноправное положение. И частично лишает права выбора трудовой деятельности. Эти страны - наглядный пример того, как несвобода приводит к отставанию в развитие, к отставанию роста качества жизни населения.

Лапицкий пишет по поводу шариата:

«Наиболее сильное воздействие на жизнь человека в исламе оказывает шариат (намеченный, предписанный путь). Из предписаний и запретов, развитых и дополненных другими элементами, образовался этот канонический закон, относящийся к сугубо внешним проявлениям человеческой деятельности. Он определяет все нормы человека в семье и обществе. Его предписания наряду с вопросами, касающимися культа, гражданского и уголовного права регламентируют практически все детали быта. В сущности, основной целью шариата стала оценка различных поступков и дел мусульманина с точки зрения религии».

По существу ислам с законами шариата стал антиподом протестанства с его личной свободой, простотой, отсутствием чинопочитания и идолопоклонства, побуждениями инициативы и инноваций и неограниченным выбором самореализации. 

Ортодоксальные законы шариата тормозят рыночное развитие исламских стран. Их развитие очень неравномерно и резко отличается для стран богатых нефтью и газов и стран с небольшими запасами природных ресурсов.

Многие исламские страны, живущие по законам шариата, относятся к бедным странам мира. В эту группу стран входят и крупнейшие страны исламского мира: Бангладеш - 1.5 тыс. долл. на душу населения по ППС, прирост ВВП в 2008 году - 5.9%; Пакистан - 2.6 тыс., 4.7%; Индонезия - 3.9 тыс., 5.9%; Египет - 5.5 тыс., 7%; Сирия - 4,9 тыс., 2.4%; Афганистан - 800 долл., 7.5%.

Богатые нефтью и газом страны развиваются прямо пропорционально доходам от их экспорта. В 1990-х годах, когда цена на нефть опускалась до 10 долл. за баррель эти страны терпели убытки. И их ВВП на душу населения заметно упал. Даже у богатейшей нефтью Саудовской Аравии в то время (душевой ВВП по ППС в 1998 г. - около 9000 долл., рост ВВП в 1999 году - 1,5%) возникли проблемы в экономике. Душевой ВВП этой страны, рассчитанный по валютному курсу, упал за 20 лет с 16500 до 6560 долларов[9]. Государственный внешний долг достиг 150 млрд. долларов. В то время как в начале 1980-х годов золотовалютные резервы страны составляли около 100 млрд. дол. Причины - недиверсифицированная экономика, ее голландская болезнь, отсталые жизненный и общественный уклады, быстрый рост населения, крайне ограниченная экономическая свобода, низкий уровень национального человеческого капитала.

Новый виток роста цен на нефть и газ  внесли существенный вклад в темпы прироста ВВП и национального богатства в начале XXI века. ВВП на душу населения Саудовской Аравии вырос за счет роста цен на нефть к 2009 году до 21.3 тыс., а прирост ВВП в 2008г. составил 6%. Но это дары природы, а не достижения развития экономики страны.

Еще больше вырос ВВП на душу населения в Эмиратах - до 40.4 тыс. долл. на душу населения по ППС в 2008г. Рост ВВП в 2008г. составил  8.5%. Время при наличии огромных свободных средств берет свое. И в Эмиратах созданы современная инфраструктура, производство чистой воды и прочее, развивается система образования. Однако в реальной экономике в основном используется труд мигрантов из других стран. Местное население живет главным образом на ренту от продаж нефти. Значительны доходы от нефти и у Омана. Отсюда ВВП на душу населения Омана в 2008г. составил 20.4 тыс. долл., прирост ВВП - 6.2%.

За счет роста цен на нефть существенно вырос ВВП Ирана (в 2008г. на 6.4%). ВВП Ирана на душу населения по ППС в 2008г. составил 13,1 тыс. долл. В то же время Ирак из-за войн, междоусобиц и пр. сильно отстал - 4 тыс. долл., 6.6%.

Выделяется в своем развитии светская Турция, в которой за порядком в государстве, обществе и полике следят военные по конституции (военные в Турции получают образование в США, поддерживают светский характер власти и рыночную экономику). В 2008 году ВВП на душу населения в Турции, не имеющей своей нефти и газа, достиг 12.9 тыс., а прирост ВВП - 4.5%.

Успешно развивается Малайзия, в которой основная религия ислам (60.4%), но заметную роль играют и другие религии - буддизм (19.2%), христианство (9.1%), хинди (6.3%). ВВП этой страны по ППС на душу населения достиг в 2008 году 15.7 тыс. долл., а прирост ВВП составил 5.5%.

Каноны ислама ограничивают банковскую деятельность, свободу выбора вида труда женщинами, саму их возможность работать, ограничивают свободу личности. Только один пример - в 2000 г. в Иране был создан первый частный коммерческий банк. До этого все банки страны были государственными и функционировали на основе законов и правил шариата, запрещающего предоставление денежных кредитов под проценты. Ислам не относится к рационалистическим религиям, как протестантизм, конфуцианство и иудаизм[10]. Он не дает в руки верующих руководство к действию в направление прогресса экономики и общества.

В целом исламские страны сильно отстают в своем развитии от христианских стран и стран Юго-восточной Азии. За исключением Эмиратов, Омана и Саудовской Аравии, ВВП которых полностью зависит от мировых цен на нефть.

Швейцер пишет о рационализме 18 века:

«Люди оказываются достаточно смелыми, чтобы вторгнуться даже в сферу религии. Традиционные формулировки религии, говорят они, могут пользоваться лишь относительным, а не абсолютным авторитетом... Следовательно, надо  стремиться к рационалистической религии и признавать в вероисповеданиях истинным лишь то, что ей соответствует.

Разумеется, церкви ополчаются против этого духа. Однако долгое время противостоять напору столь широко распространившихся в ту эпоху новых убеждений они не в состоянии. Протестантизм капитулирует первым, поскольку он с самого начала доступен подобным веяниям... он таит в себе рационалистические течения. Подавляемые до сих пор, они вырываются теперь на свободу.

Католицизм проявляет большую сопротивляемость. Прошлое позволяет ему быть независимым от духа времени. Сильная организация служит ему защитой. Но и он вынужден во многом уступать новому духу времени и снизойти до того, чтобы объявить свои учения, насколько это возможно, символическим выражением рационалистической религии

Осуществляется великий процесс воспитания в человеке гражданина, общественное благо становится мерилом велений правителей, и послушания данных. Одновременно прилагаются усилия к тому, чтобы каждый человек воспитывался в духе, соответствующем его человеческому достоинству и его благу. Начинается борьба с невежеством.

Рациональное прокладывает себе дорогу также в материально-бытовой сфере жизни. Дома строятся уютнее, поля лучше обрабатываются. Усовершенствования такого рода проповедуют даже с церковных кафедр. Теория, согласно которой разум дан человеку для последовательного и всестороннего использования, играет в те времена важную и благотворную роль при толковании Евангелия... нередко случается, что в проповедях попутно сообщается о лучших способах удобрения почвы, об обводнении и дренаже лугов, прививках против оспы».

Израиль, расположенный на Ближнем Востоке, динамично развивается в исключительно неблагоприятном внешнем окружении, во многом благодаря менталитету населения, его трудолюбию, высокой культуре, рационалистической религии - иудаизму (по Лапицкому коротко: «Иудаизм есть практическое руководство к действию»). Своему человеческому капиталу высокого качества, позволившему с нуля (с 1949г.) создать развитое государство с новой экономикой, с новейшими технологиями. Душевой доход по валютному курсу составил в 2003г. около 20000 долл., примерно столько же по ППС. В 2008 году - 28,9 тыс. долл. по ППС, прирост ВВП - 4.2%. Практически, полное совпадение  душевого ВВП по ППС и валютному курсу свидетельствует о полной встроенности (открытости) экономики Израиля в мировое хозяйство. Только новейшего оружия Израиль экспортировал в 2003 г. на 4 млрд. долл., заняв в этой высокотехнологичной сфере одно из ведущих мест в мире.

Из бывшего «социалистического лагеря» наиболее успешно входят в стадию стабильного роста ВВП и технологической зрелости (при поддержке развитых стран) католические страны Венгрия, Чехия, Словакия, Словения и Польша. Эти страны прожили в условиях социализма советского образца сравнительно недолго - меньше жизни одного поколения. В  них сохранился качественный труд, необходимый в условиях рыночной экономики, и качественная предпринимательская способность.  Так, например, Словения и в составе Югославии сохраняла определенные элементы рыночной экономики, что помогло ей на стадии переходной экономики более уверенно адаптироваться к рыночным условиям. К тому же почти половина мужского трудоспособного населения работала на заработках в развитых европейских странах, в частности, в Германии. Т.е. имела опыт работы в рыночных условиях. В Польше и при коммунистах сохранились частные сельские хозяйства. Однако разрыв по ВВП на душу населения и качеству  жизни населения между этими странами и передовыми странами мира (США, Швейцария, Норвегия и др.) высок и нет оснований пока, что он будет сокращаться в обозримом будущем.

Из стран  бывшего СССР наиболее успешно продвигаются к развитой рыночной экономике страны Прибалтики - Литва (литовцы в основном католики), Латвия (латыши - в основном протестанты, русские - православные) и Эстония (эстонцы в основном лютеране, русское население - православные). Причины те же - высокий уровень стартового человеческого капитала при входе в рыночную экономику, рыночный менталитет населения. Этому способствуют и основные религии стран Прибалтики. Население стран Прибалтики сохранило историческую память о ценностях демократии, навыки жизни и работы в рыночной экономике.

Православие, к сожалению, не относится к рационалистическим религиям. Напротив, это одна из самых ортодоксальных религий мира, которая не претерпевает изменений уже около двух тысячелетий. Меняется в последние десятилетия католицизм, в ногу со временем изменяется протестантизм. Остается неизменным из основных ветвей христианства только православие.

Смирнов М.Ю. так характеризует православие[11]:

«Происхождение термина православие обычно связывается с понятием ортодоксия, в этимологии которого содержатся греческие слова, переводимые как «правильное мнение».

В широком смысле это понятие означает неуклонное следование основам и традициям какого-либо учения, избегающее даже малейших различий с исходными установками. Чаще всего оно употреб­ляется в отношении ряда религиозных доктрин, а именно, таких, которые в качестве особого долга верующих предписывают соблюдение чистоты и неизменности вероучения...

Поскольку истины веры объявлялись уже выясненными и раскрытыми в постановлениях Вселенских соборов, любые новации встречали достаточно жесткое неприятие. Отклонения от официальной доктрины - ереси - воспринимались как враждебные христианству и подлежали решительному осуждению.

Актуальным для церкви становится распознание еретических явлений и подбор канонически выверенных контраргументов... какую бы то ни было возможность пересмотра, дополнения или развития самих догматов ортодоксальное мышление исключа­ло. Суть ортодоксии выразилась в строгом охранении «изначальной веры церкви».

... Строй древнерусской государственности оказал­ся более близок именно византийскому варианту взаимоотно­шений власти с церковью. Это стало решающим для судьбы греческой ортодоксии, которая укрепляется на Руси как непременный компонент христианского исповедания. Однако здесь у нее появилось новое измерение.

Изначально произошедшее сочетание восточно-христианской церковности с традиционным укладом древнерусской культуры привело к возникновению такого типа религиозной жизни, который воплотил в себе весьма специфическое понимание правоверия (или православия, как стали называть приверженность к ортодоксии).

Прежде всего, обнаруживается, что охранение начал православия выходит за церковно-богословскую сферу и превращается в важнейшую функцию государства. Неуклонность следования вероучительной парадигме выступает уже не только кри­терием «православности», но и свидетельством лояльности мир­ским властям. Те, в свою очередь, обеспечивают духовную монополию принятой версии христианства.

В отечественной истории периода XIV - XVII веков эти об­стоятельства способствовали, в конечном итоге, бесповоротному возобладанию «царства» (в образе становящегося самодержавия) над «священством». Позднее, при синодальном возглавлении XVIII - начала XX веков, русская церковь и вовсе утрачивает остатки независимости, а православие превращается в официальную идеологию самодержавной монархии. В этом качестве оно входит во все структуры государства и общества, становясь универсальной санкцией и оправданием действовавших порядков российской жизни.

Совершавшаяся на протяжении тысячелетия ассимиляция православной церкви авторитарным, по многим своим чертам, российским государством привела к воспроизводству особого типа религиозной организации, способной адаптироваться к любым разновидностям отечественной политической системы. Вряд ли это свойство объяснимо только естественной потребностью в самосохранении.

С момента возникновения на долю русской церкви выпало утверждать себя в среде, сохранявшей вполне развитые дохристианские - языческие традиции. Существование этой, исполненной мифологизма, культуры продолжалось и в последующем, чему способствовали относительная стабильность общинно-патриархальных отношений и связанные с ними бытовые особенности, нравы, социально-психологические черты русского народа.

Скорее всего, испытывая воздействие неискоренимых «традиционных факторов», русская церковь оказалась подвержена закономерной эволюции в этноконфессиональном направлении. В результате, она неизбежно стала дистанцироваться от фундаментальной космополитической установки христианства, пре­вращаясь в сугубо национально-государственный институт.

При таком положении церкви, греко-византийская ортодоксия образовала лишь как бы верхний, концептуальный уровень вероисповедания, получившего название русского православия. В глубине же массового религиозного сознания сложился этнически окрашенный православно-языческий синкретизм. Не случайно, что в России для обыденного восприятия православие зачастую выступает как «национальная религия русских», а в числе доминант культового поведения всегда присутствует насыщенное магизмом обрядоверие.

Понятие православия, как извечно истинного и всегда «неповреждаемого» учения, делает его в наше время довольно привлекательной альтернативой недавним, дискредитированным ориентирам и ценностям. В православной вере настоятельно изыскивается очередная панацея от нравственных недугов, ми­ровоззренческих заблуждений и даже политических кризисов. А институт церкви оценивается по его позиции в светских де­лах и по характеру социальной вовлеченности.                 

Все это неминуемо привносит в религиоведческое рассмотрение православия элементы социально-политической «злободневности». Тем более что сами приверженцы этой конфессии не склонны, в большинстве своем, изолироваться от общественных процессов».

Ортодоксальность православия, отсутствие в нем ориентиров для реальной современной жизни и отношению к труду в новых условиях, сложное и неоднозначное отношение к богатству и благополучию. Подавление индивидуальности верующего, требование покорности, пышность обрядов и великолепие храмов на фоне бедности прихожан. Отсутствие ясных и понятных, созвучных времени побуждений, стимулов и ориентиров для деятельных людей в индустриальной и постиндустриальной экономиках. Непонятные для верующих молитвы на исчезнувшем, «мертвом» старославянском языке. Нелегкие по времени и по содержанию, особенно для слабых здоровьем верующих, обряды. Все это не способствовало формированию менталитета верующих, базирующегося на оптимизме, бодрости, прагматизме и конструктивизме. Патернализм стал основой мировозрения и повседневного поведения основной части православных верующих, особенно русских.

Отставание православия от требований жизни и времени сказалось на экономических достижениях православных стран. Наибольших успехов добилась Греция, входящая в ЕС. Но и она вместе с Португалией замыкает список развитых стран мира по ВВП на душу населения (табл.1). Другие православные страны: Румыния (ВВП на душу населения по ППС в 2008г. - 12.5 тыс. долл., прирост ВВП - 8%), Болгария (13.2 тыс. долл., 6%), Сербия (8.2 тыс. долл., 5.6%), Украина (7.8 тыс. долл., 5.3%), Белоруссия (12.0 тыс. долл., 8.1%), Молдавия (2.5 тыс. долл., 5.7%), Россия (15.8 тыс. долл., 5.6%)  значительно уступают по экономическим показателям и качеству жизни большинству европейских стран.

На протяжении веков именно религии формировали человеческий капитал, формировали этику труда, ментальность народов, готовили народы к жесткому экономическому, идеологическому и политическому соревнованию на мировой арене и даже, к сожалению, к военному противостоянию. В итоге разные народы оказались в различной степени готовности к эпохе новой экономики, экономики интеллекта и знаний, экономики информатики. К инновационной экономике, к информационному обществу. Действительность показывает, что одни страны уже вошли в эту экономику, другие рано или поздно войдут в нее, третьи не смогут сделать это даже в обозримом будущем, а быть может и никогда.

Встает и очевидный вопрос: сохраняет ли религия свое значение в настоящее время? Не заменила ли ее наука, которая дала и непрерывно дает человечеству столько плодов и возможностей для лучшей жизни?

Александр Мень так рассматривал эту проблему[12]:

«Прежде всего: могут ли религия и наука свободно развиваться, не препятствуя друг другу?

Положительный ответ на этот вопрос проистекает из качественного различия объектов, на которые они направлены. Наука изучает видимый мир. Объектом ее исследования является материальная Вселенная. Религия же есть духовное устремление к миру сверхчувственному, который не может быть постигнут чисто научными методами.

Наука никогда не должна останавливаться в своих исследованиях, она должна стремиться объяснить как можно большее число явлений. Но при этом необходимо помнить, что, даже если наука окажется способной объять весь материальный мир, сфера нематериального останется для нее закрытой...

По существу своему наука нейтральна в отношении религии и философии. Так, учение Платона возникло в античном мире, но, как показал Вернер Гейзенберг, идеи платонизма не утратили своей ценности и в наши дни. Открытие человеком мира прекрасного в искусстве и открытие мира духовного в религии не может и не должно препятствовать открытиям науки в сфере материальной.

Значение религии для работы ученого хорошо показал Эйнштейн, утверждавший, что вера в осмысленность мироздания вдохновляет исследователя. Религиозный ученый, раскрывая мировые закономерности в просторах Вселенной или в глубинах атома, видит в них проявления Мирового Разума. Это придает особую значимость его исследованию.

Не существует «научного мировоззрения», построенного толь­ко на данных естествознания. В нашем взгляде на жизнь всегда присутствует нечто, лежащее за пределами науки. Кроме того, человек не может руководствоваться в своих поступках лишь тем, что принесло ему изучение природы. Высшие категории смысла и ценности, добра и зла лежат в области веры. Поэтому-то, по словам Макса Планка, «наука и религия в истине не противоречат друг другу, но они для каждого мыслящего человека нуждаются во взаимном дополнении друг друга <...>

Таким образом, наука и религия - эти два пути познания реальности - должны не просто быть независимыми сферами, но в гармоническом сочетании способствовать общему движению человечества по пути к Истине».

Другой подход к роли религии у английского философа Бертрана Рассела[13]:

«Существуют возражения против религии двоякого рода: интеллектуальные и моральные. Интеллектуальные возражения сводятся к тому, что нет оснований считать какую-либо религию истинной; моральные возражения - к тому, что религиозные предписания, восходящие к вре­менам, когда люди были более жестокими, чем сегодня, стремятся увековечить бесчеловечные законы, которые в противном случае были бы преодолены моральным сознанием.

Рассмотрим вначале интеллектуальные аргументы. В наш практический век есть тенденция считать, что вопрос об истинности религиозного учения не имеет значения - гораздо важнее вопрос о его полезности. На эти вопросы, однако, нельзя отвечать по отдельности. Если мы придерживаемся христианской религии, наши представления о том, что является благом, будут отличаться от пред­ставлений, которые у нас были бы, если бы мы не верили. Поэтому для верующих практические выводы христиан­ства представлялись бы благими, а для неверующих - злыми. Кроме того, точка зрения, что следует верить определенным суждениям, независимо от того, есть ли свидетельства в их пользу, порождает враждебное отношение фактам и заставляет закрывать глаза на все, что противоречит этим предрассудкам.

Научная искренность - очень важное качество; и вряд ли она присуща человеку, воображающему, что есть вещи, верить в которые - его долг. Мы не можем, следовательно, решить, приносит ли религия благо, не изучив вопроса об ее истинности...».

Вероятно, истина лежит между двумя этими крайними суждениями выдающегося английского философа и известного российского богослова и ученого. Разумеется, человек не может жить без веры. Без веры либо в высшее предназначение науки, либо в человека (атеисты), либо в Мировой Разум или в Высшую Волю. Без веры в Бога в рамках одной из религий или без веры в своего собственного Бога. Так уж устроен человек. Иначе он, порой, переступает границы дозволенного обществом.

Но религий много, вер еще больше. А людям нужна та религия, которая вселяет в человека оптимизм, помогает верующему жить в этом непростом мире, помогает эффективно работать, способствует раскрытию его творческого и иного потенциала. Религия, сковывающая его потенциал, ограничивающая его возможности, мешающая жить в соответствии с современным уровнем и качеством жизни, подавляющему большинству здравомыслящих людей не нужна. Если религия по своей сути агрессивна к людям другой веры, относит их к «неверным», к людям второго сорта, то такая религия вряд ли помогает человечеству в его развитии.

Православие является религией славянской части населения России и ведущей религией России. По данным ЦРУ США, в России православных 15-20%, мусульман - 10-15%, других христиан - 2%, а остальные - атеисты[14].

К сожалению, возрождающаяся Русская православная церковь не стала для подавляющего большинства русского народа духовным наставником, поводырем в условиях наступившей смуты, полисистемного кризиса, слабого и коррумпированного государства. В условиях олигархо-бюрократического уклада экономики 1990-х годов, который сменил в ХХI веке более изощренный криминально-бюрократический уклад экономики.

Почему же испокон веков русские люди с недоверием относились к своей православной церкви? Потому, что была она придатком и продолжением деспотического российского государства. Парадигма развития российского государства исключала уважение простого человека, его свободу, формирование эффективного гражданского обществ, уважение к частной и государственной собственности, свободную конкуренцию в экономике и, соответственно, рыночную экономику. Российская действительность по своей сути испокон веков противоречила Нагорной проповеди и христианским заповедям в целом. Русский человек вечно был беден, не защищен от произвола чиновников и государства, был рабом его и своих господ, был не свободен. И настоящей, а не виртуальной свободы он не знал никогда. Отсюда и глубочайший раскол между государством и народом, глубина и ширина которого только выросли в последние два десятилетия. Обмануты были вспыхнувшие надежды у миллионов россиян на свободу и лучшую жизнь. Весьма далеки друг от друга сотня  российских миллиардеров 2007 года и нищий в массе своей народ. Не менее далеки друг от друга сытые, наглые и коррумпированные чиновники и нищие пенсионеры, всю жизнь проработавшие на высокие пенсии этих чиновников и «подарки» им. И православная церковь по существу никогда не защищала простого русского человека от несвободы, от произвола власти и нищеты, либо не имея для этого возможностей, либо желания.

Консерватизм хорош в вере, обрядах и обычаях, когда они понятны, близки сердцу и разуму верующего. Но молитвы на старославянском непонятны верующим. Обряды нудны, затянуты и так мучительны по времени, что болезненный и слабый человек, пришедший на службу, только усиливает свои недомогания.

Зажиточная и богатая жизнь священников, значительные поборы за обряды, службы и деяния священнослужителей противоречат их проповедям по своему глубинному существу. А пьянство и разврат некоторых из них бросает тень на церковь в целом.

Большевистская революция произошла в России отнюдь не случайно, в то время когда на родине этих идей и учений их отвергли. Способствовал революции, этому страшному русскому бунту, который уничтожил элиту страны, ее святыни, ее традиции и религию, тот самый глубокий раскол между народом и государством, между народом и православной церковью, придатком деспотического государства. Униженные, нищие, голодные и обворованные чиновниками и господами люди ухватились за первые попавшиеся самые разухабистые революционные речи и листовки. В большинстве своем инородцы, люди иной веры, и совершили руками русских людей большевистский переворот, а затем ввергли Россию в гражданскую войну, превратили в лагерь невольников ложной идеи, в огромный ГУЛАГ, в неутомимую машину по истреблению лучших людей.

После Октябрьского переворота 1917 года были физически уничтожены или изгнаны из страны предприниматели как класс. Поэтому в человеческом капитале при переходе к рынку почти отсутствовал важнейший экономический ресурс - предпринимательская способность. Соответственно вырабатываемая веками и поколениями предпринимательская этика отсутствовала по определению. Отсутствует она и сейчас. Взамен - бизнес по понятиям и криминально-бюрократический уклад экономики.

Произошло отторжение от земли и уничтожение лучших представителей крестьянства. Были уничтожены казаки - одно из немногих вольных трудовых сословий. В результате ликвидации элиты, отбор которой осуществлялся веками, в России произошло резкое снижение уровня и качества человеческого капитала как производительного фактора. Были уничтожены и десятки лучших православных священнослужителей, что поставило православную церковь «на колени» перед беспощадным к любому инакомыслию советским государством. И, соответственно, по совокупности - к снижению качества труда, снижению инновационности и креативности труда. К еще большему подавлению свободы и инициативы снизу. Фраза «инициатива наказуема» стала символом советской эпохи.

Выдающийся религиозный мыслитель Александр Мень пишет:

«Отрыв культуры от ее религиозных основ не может остаться без роковых последствий. Подлинный культурный расцвет немыслим без интенсивной духовной жизни. В самом деле, чем, например, была бы история Израиля без Библии и чем без Библии была бы европейская цивилизация? Чем была бы западная куль­тура без католичества, индийская - без ее религий, русская - без православия, арабская - без ислама? Кризисные и упадочнические явления в культуре, как правило, бывают связаны с ослаблением религиозного импульса, которое приводит творчество к деградации и омертвению».

В России во времена СССР произошел не только отрыв культуры от религии, но и массовое физическое уничтожение и преследование православных священников и их защитников. Выживали соглашатели, согласившиеся работать на большевиков и ставшие доносителями на верующих. Отсюда и падение Русской православной церкви в то время, которое бесследно пройти не могло.

Снижение качества и эффективности человеческого капитала привело к отставанию в росте производительности труда и его инновационности. СССР потому распался, что проиграл научно-техническое соревнование с Западом, как равно и экономическое соревнование. Новые технологии, включая ИТ, он не смог создать. Как и эффективный сектор инновационной экономики. В условиях несвободы, при отсутствии свободной и объективной конкуренции и развитого гражданского общества в качестве контроля и соучастника процесса развития это невозможно в принципе. СССР достиг своего потолка развития и распался, исчерпав экстенсивные факторы развития, включая продажи дешевых природных ресурсов. А интенсивные факторы развития требуют свободной конкуренции, эффективных гос. институтов, роста качества ЧК, опережающего развития образования и науки, включая ее прикладную часть. И роста качества жизни населения до уровней развитых стран. Иначе инновации можно доводить до конкурентоспособного продукта только в пресловутых шарашках за колючей проволокой. И жить за железным занавесом на кильке и камбале.

Коэффициент трансформации инвестиций в человеческий капитал в России примерно в 5 раз меньше, чем в США. Примерно во столько же раз ниже и производительность труда. Это означает, что в такое число раз необходимо осуществить больше инвестиций, чтобы получить одинаковый с США прирост ЧК на единицу инвестиций.

Автором были на основе факторного анализа рассчитаны коэффициенты трансформации инвестиций в ЧК для некоторых стран (табл. 4) и регионов РФ - аналог рентабельности инвестиций в человеческий капитал. Использовались следующие показатели: индекс развития человеческого потенциала, коэффициент качества жизни, коэффициент ментальности, коэффициент притока (оттока) ЧК, коэффициент синергетики и др. Основные показатели для расчетов были взяты у ведущих международных рейтинговых институтов. У России коэффициент трансформации инвестиций в ЧК оказался одним из самых низких среди ведущих стран мира (табл. 4).


Табл. 4. Коэффициент трансформации инвестиций

в человеческий капитал

Страна

Коэффициент трансформации

инвестиций в ЧК

США

1.36

Германия

1.115

Япония

1.025

Китай

0.58

Индия

0.44

Россия

0.29

Расчеты автора

Производительность труда в РФ и некоторых странах мира представлена в таблицах 5 и 6. Этот российский ключевой показатель в 2007 г. был 3,3 раза ниже, чем в США при расчетах ВВП по паритету покупательной способности (ППС). Для ВВП по валютному курсу превосходство США по средней производительности труда увеличится почти вдвое. Что точнее отражает их соотношение за вычетом нефтегазовых доходов. Средняя производительность в России, рассчитанная по ВВП, пока росла в последние годы (табл. 6) за счет роста ВВП в основном от нефтегазовых доходов. Далее все будет зависеть от мировых цен на нефть и выполнения правительственных программ по обновлению экономики и инфраструктуры страны.

Табл. 5. Производительность труда за год в некоторых странах по ВВП в 2007 году

Страна

Россия

США

Чехия

Бразилия

Китай

Мир

Производительность, тыс. долл. в т.ч.

27.6

90.53

46.56

18.5

8.77

21.9

Промышленность

37.5

82.5

49.2

40,7

17.3

34.2

Сельское хозяйство

11.76

135.8

27.25

4.7

2.4

2.19

Источник: расчеты автора

Табл. 6. Динамика производительности труда по ВВП (по ППС)

Производительность

труда,  тыс. долл.

1996г.

1999

2002

2006

2007

США

49.7

60.5

70.3

86.7

90.53

Россия

14.1

12.3

16.2

23.6

27.6

Средняя в мире

-

-

-

20.3

21.9

Источник: расчеты автора

Низкое качество российского человеческого капитала - следствие его особого развития, а точнее - деградации в т. ч. в последнее столетие. Россия отличилась, словно оправдывая свою судьбу, начертанную Петром Чаадаевым, подтверждая его черное пророчество о том, что создана Россия лишь для того, чтобы демонстрировать остальному миру, как не надо жить. Социализм и коммунизм по Марксу никто не взялся строить, кроме России. И вместо достижения общего благосостояния были физически или нравственно уничтожены лучшие трудовые ресурсы, профессионалы, интеллектуалы, элита. Русских должно быть по оценкам специалистов около 300 млн., а осталось около 100 млн. и те вымирают. Очень «дорого» стоили русскому народу социалистические эксперименты большевиков и их последователей.

В последние два десятилетия были вновь, как и в 1920-годы, морально и материально унижена и подавлена настоящая элита России, ее лучшие ученые, врачи, писатели, педагоги, квалифицированные рабочие и другие профессионалы. Российский ЧК ускоренно деградировал в течение псевдореформ и продолжает деградировать даже на генном уровне.

Морально-нравственный кризис в стране продолжает углубляться. И главная проблема россиян, и русских, в частности, - это морально-нравственное опустошение. Ушла в  прошлое идеология социализма и коммунизма по-советски, а какая-либо замена ей не нашлась. Дикий капитализм и разгул преступности - это отнюдь не идеология. Прежняя вера, а с ней и надежда на лучшее улетучились под давлением неоднократного ограбления простого народа, глумления над ним криминала и коррумпированных чиновников. В условиях крайне несправедливого раздела национального богатства, роста нищеты, безверия, бандитизма, проституции, наркомании и пьянства люди потеряли стимулы к жизни, к интенсивной работе (одни миллионами и миллиардами воруют, другие - горбом на  пропитание с трудом зарабатывают).

В этих сложных исторических условиях православная церковь при условии ее обновления и сближения с народом могла бы сыграть свою положительную историческую роль. Разумеется, и она не безупречна в условиях смуты и разрушения веры и морали у людей. И сильно подорвала свой авторитет в лихие 1990-е годы неразборчивостью в добывании средств на свое восстановление, на восстановление православных храмов, на кормление своих священников. И сейчас высокие расценки на церковные ритуалы и обряды, ставшими модными у молодых россиян, не добавляют ей авторитета. Тем не менее, именно сейчас потенциально православная паства представляет собой чистый лист с точки зрения морали, нравственности, веры и надежды на лучшее будущее. Причем на лучшее будущее в этом мире, а не в загробном. Все это утрачено и утеряно под давлением несправедливости и непосильных тягот, которые российское государство переложило на простых граждан. И показное единство православной церкви и руководителей государства авторитета церкви также не добавляют. Россиянам не за что пока любить и уважать своих высших руководителей и чиновников.

Некоторая и выверенная отстраненность православной церкви от криминально-бюрократического государства, критичность к нему, ее независимость, сближение с народом, с его чаяниями - единственный реальный путь возрождения Русской православной церкви. И этот путь ей только еще предстоит пройти. Государство уже не однократно «душило» русскую православную церковь в своих объятьях. Чиновники мигом перекрестились ныне из коммунистов в православных. Красуются на экранах телевизоров рядом со священнослужителями. Но трудно поверить в истинность их веры. И это тоже не добавляет авторитета Русской православной церкви.

Дмитрий Медведев на встрече с патриархом сказал: «...власть соблюдает конституционный принципневмешательства государственных органов в деятельность религиозных организаций", но признает «огромный вклад церкви в становление российской государственности, в развитие национальной культуры и в утверждение духовно-нравственных ценностей в обществе». Президент также отметил, что «к выборам патриарха церковь подошла сильной, восстановившей свою целостность и каноническое единство». Закончил речь  Президент так: «В основе всех наших достижений и побед, представлений об уверенном развитии государства в будущем лежит нравственная сила российской нации, вера в идеалы добра, любви и справедливости. Источником этой силы на протяжении многих веков является Русская православная церковь. Без всякого сомнения, так будет и впредь».[15]

Все это звучит празднично и возвышенно, но далеко от реальности. Настоящих праздников в России давно уже нет. Песни на Руси хором в застолье уже не поют. Зато сжигают дома инвалидов и стариков. Вместе со стариками. И стрельба на улицах с убийствами среди белого дня захлестнула страну и ее столицу Москву особенно. И сильная и авторитетная православная церковь пока не появилась. И духовно-нравственные ценности где-то затерялись во мраке разгула криминала и коррупции.

Базой роста уровня и качества человеческого капитала (его конкурентоспособности на мировом уровне) является культура и менталитет нации, на формирование которых решающее влияние, как уже отмечалось выше, оказала основная национальная религия. Деспотическое российское государство держало своих граждан в несвободе, а то и в положение рабов или зэков. И породило рабскую и вороватую направленность ментальности. И сделало своим придатком Русскую православную церковь. И продолжает держать ее на короткой «привязи».

Петр Чаадаев писал, что одной из главный ошибок в прошлом Руси было принятие православия - самой консервативной и ортодоксальной ветви христианства.

Тут ни прибавить - ни убавить. Опережающее экономическое и общественное развитие протестантских и католических стран подтверждают слова гениального, хотя и мрачного,  русского пророка.

К сегодняшнему дню православие остается неизменным почти тысячелетие. Русичами была избрана византийская система государственности и религии. Система несвободы, коррупции, угнетения, праздности и жизни за счет других народов, которые и погубили саму Византию. Она оказалась неспособной собственными силами защищать свои духовные и материальные ценности и жизни. А наемникам они были не особенно дороги. И странно слышать приведенные ниже слова в адрес этой безвольно и бездарно погибшей огромной державы со стороны Патриарха Московского и всея Руси Кирилла на встрече с Президентом РФ Анатолием Медведевым:

«Благодарю Вас сердечно за слова, которые Вы сейчас произнесли. Как в капле воды отражается солнце, так в этих словах отражён весь наш опыт церковно-государственных отношений. Это сложный опыт, его истоки - в Византии, когда лучшие умы церкви и лучшие умы государства работали над формированием церковно-государственной модели отношений. Тогда они использовали для описания этой модели замечательное слово «симфония», которое по-русски мы употребляем с другим ударением. Так вот, симфония предполагает гармоническое сочетание интересов, распределение ответственности. И очертания этой симфонии запечатлены в каноническом придании православной церкви. Наверное, в идеале эти отношения никогда не были реализованы по многим обстоятельствам, но они всегда были примером».[16]

Примечательно выказывание Патриарха Кирилла относительно уклада экономики РФ и ее будущего[1].

«Из выступления на XII Всемир­ном русском народном соборе, февраль 2008 г.

«Экономика не является сферой исключительно материальных интересов, а без­нравственная экономика - это уже не экономика в изначальном смысле слова, так как служит она не созида­нию, а разрушению. Примеров тому в современном мире немало: налицо нищета миллионов людей, отупляю­щий культ потребления, экологичес­кий кризис. Все это результат имен­но бездуховного хозяйствования, "экономики" наживы и эгоизма... В исторической перспективе олигархическо- монополистический капитализм современного типа об­речен. Ему не справиться с тем ко­лоссальным объемом внутренних противоречий и волнами социаль­ного протеста, которые он способен породить и уже порождает в миро­вом масштабе... Только за послед­ние двадцать лет разрыв в доходах между богатыми и бедными увели­чился на порядок, международная экономика постоянно балансиру­ет на грани финансового кризиса, миллионам людей по-прежнему отказано в доступе к благам цивили­зации. Одним словом, нравственной подобную экономическую политику не назовешь».

Из интервью журналу "Международная экономика", ноябрь 2007 г

 


[1] МК.  4-11 февраля 2009г. С.:7.

 

Однако совершенно нечему учиться у закономерно канувшей в лету Византии, ставшей символом несвободы, растления богатством, продажности и коррупционности элиты, чрезмерной пышности и громодья храмов, праздности, пьянства, обжорства и жизни за счет угнетения других народов. Скорее надо еще раз поклониться гениальному Петру Чаадаеву, который ценой своей свободы сказал правду и о России, и о византийской вере. Жаль, что слова его не дошли ни до русской элиты, ни до сердец русского народа. Впрочем, в его положении народ их и не мог расслышать. Византия - единственная погибшая навсегда в средних веках в Европе крупная держава, которая откололась от остального христианского мира. И она не может служить примером для подражания, скорее напротив.

Продолжение следования канонам и опыту  Византии  - прямой путь к повторению ее истории. Вымирание и бедственное положение русского народа это подтверждают.

В последние десятилетия и годы многие российские историки, политологи, социологи, экономисты ищут причины и корни неудач прошлых и нынешних российских реформ. Пути преодоления перманентных неудач. И многие из них сходятся в том, что причины эти глубинные и кроются, прежде всего, в российской ментальности. Или на языке современной экономики -  в сердцевине российского человеческого капитала.

Российский менталитет сформировался в условиях экономической и политической несвободы. Причем первичной, в данном случае, является именно экономическая несвобода, которая и определяет саму возможность либерализации экономической и политической жизни страны, определяет возможность создания в исторически короткие сроки эффективной рыночной экономики.

Сложившийся менталитет населения России во многом определяет этику труда, этику предпринимательства, качество российского труда, уровень и качество человеческого капитала. Менталитет диктует и жизнь по понятиям, а не по законам.

Выдающийся русский историк В.О. Ключевский отсутствие в русском человеке расчетливости и практичности, умение трудиться упорно и размеренно объясняет «своенравием климата и почвы», которое постоянно нарушали все его прикидки. Он пишет:

«Народные приметы великоросса своенравны, как своенравна отразившаяся в них природа Великороссии. Она часто смеется над самыми осторожными расчетами великоросса; своенравие климата и почвы обманывают самые скромные его ожидания, и. привыкнув к этим обманам, расчётливый великоросс любит подчас, очертя голо­ву, выбрать самое, что ни на есть безнадежное и нерасчётли­вое решение, противопоставляя капризу природы каприз собственной отваги. Эта наклонность дразнить счастье, играть в удачу и есть великорусский авось.

Ни один народ в Европе не способен к такому напряжению труда на короткое время, какое может развить великоросс; но и нигде в Европе, кажется, не найдем такой непривычки к ровному, умеренному и размеренному, постоянному труду, как в той же Великороссии.

Невозможность рассчитать наперед, заранее сообразить план действий и прямо идти к намеченной цели заметно отразилась на складе ума великоросса, на манере его мышления. Житейские неровности и случайности приучили его больше обсуждать пройденный путь, чем соображать дальнейший, больше оглядываться назад, чем заглядывать вперёд. Великоросс часто думает надвое, и это кажется двоедушием. Он всегда идет к прямой цели, хотя часто и недостаточно обдуманной, но идет, оглядываясь по сторонам, и потому походка его ка­жется уклончивой и колеблющейся. Ведь лбом стены не прошибешь, и только вороны прямо летают, говорят великорусские пословицы. Природа и судьба вели великоросса так, что приучили его выходить на прямую дорогу окольными путями. Великоросс мыслит и действует, как ходит».

Действительно, суровая природа существенно повлияла на русский характер. Однако скандинавские народы, включая финнов, добились превосходных результатов в экономике и в качестве своей жизни. И суровая природа им не помешала. Все эти народы - протестанты. А протестанты-финны, отступив со средне-русской равнины на Север, освоили более северные, более суровые земли. И в последние десятилетия вышли на первое место по конкурентоспособности своей экономики в мире, развив ее инновационный сектор с высокими технологиями до лучших мировых стандартов.

Консервативная и неспособная к переменам православная религия, придаток деспотичного государства, суровая природа, несвобода, неухоженные и необъятные просторы, бедность народа и богатство знати, бесконечные войны, глубокий раскол между народом и государством определяли формирование исконной русской ментальности. И эти факторы действуют до сих пор.

Отношение к труду на ментальном уровне, впитанное с молоком матери и усиленное семьей и обществом, его традициями, во многом определяет характеристики труда народа и страны. Ее место в мире по уровню развития. Производительность труда прямо пропорциональна его качеству, которое в современном производстве включает профессионализм, трудолюбие, трудовую этику, навыки и профессиональное образование работников. И производительность труда прямо зависит от инвестиций в образование. А в России инвестиции в образование - одни из самых низких в мире среди стран, близких по уровню развития. Они составили 3.8% от ВВП в 2005г. Для сравнения (в этом же году):  США - 5.3%; Швеция - 7.1%; Финляндия - 6.4%; ЮАР - 5.4%; Китай - 1.9%; Бразилия - 4%; Венгрия - 5.5%; Чехия - 4.4%;  Эстония - 5.1%.

Китай тратит вдвое меньше в процентном отношении относительно ВВП на образование, чем Россия. Но он исключение, подтверждающее правило. Огромный по численности Китай проводит политику двух «китаев» - развитого «китая» (ОЭЗ), отгороженного от остального, и остального «китая», с огромной долей сельского населения. В экономически, технологически и производственно развитой части Китая (ОЭЗ) инвестиции в образование и науку в долях ВВП в разы больше, чем в других странах мира.

Руководители Русской православной церкви не торопятся с обновлением. Новый патриарх выразил очень осторожное отношение к проблеме реформирования церкви. Но в Русской православной церкви объективно зреет необходимость перемен, необходимость реформаций и обновления в направлении упрощения, прагматизма, рационализма, сближения с простым народом, а не только с руководством страны и высшими чиновниками.  В стране пока отсутствуют вера и идеология, современная идеология, основанная на христианских началах, что сильно усложняет ментальные изменения в положительном направлении. Напротив, они идут в худшую сторону. Стране уже падать некуда, а она все продолжает свое моральное и нравственное падение.

Мировоззрение  людей, их менталитет, культуру и идеологию, их профессиональную подготовку невозможно изменить в исторически короткие сроки. Отсюда и главное препятствие на пути к развитой и эффективной рыночной экономике - низкий уровень российского человеческого капитала.

Существуют фундаментальные законы, связанные с огромной инерционной массой (инерцией) таких больших стран, как Россия, которые делают невозможными любые быстрые преобразования в обществе и экономике.

Вся история России - сплошная череда бифуркаций: катастроф, войн, революций, голодных и смертных неурожаев и прочих бед. Авось и Аврал продолжают терзать страну. И даже высокой урожай по-прежнему превращается не в удачу, а в беду по причине неготовности и неумения сохранять его. Страна продолжает жить одним днем, рассчитывая на авось, и маниловскими мечтаниями насчет нанотехнологий и прочих миражей. И это без дорог, без инфраструктуры, с вымирающим русским населением.

Бифуркация - это неустойчивое состояние общества, когда неизвестно его будущее состояние. Россия веками развивалась без долгосрочной идеологии и стратегии - зигзагами, перебежками, взлетами и падениями, которых было гораздо больше.

Пример развития США и преодоление этой страной периода смуты, разгула бандитизма и преступности напоминает о роли протестантской религии в этой войне с криминалом. Именно протестантская религия объединила все здоровые силы американцев в борьбе с преступниками, авантюристами, проходимцами и прочей нечистью.

Главные постулаты идеологии протестанства - уважительное отношение общества к труду, семье, частной собственности, свободе, закону, стремление человека к простоте, к благополучию и богатству в рамках христианских заповедей. Поэтому все верхние строчки самых богатых стран мира и заняты протестантскими странами. И Вебер уже давно доказал, что это не случайно. Наверху по благополучию -  в основном протестантские США и другие англосаксонские страны, скандинавские страны, Германия, Швейцария и др. Заметно ниже расположились католические страны.  И еще ниже все православные страны. У протестантов бы нам и поучиться механизмам и формам трансформации православия в современную и понятную народу идеологию. Созданию направляющей, конструктивной, жизнерадостной религии и способа нормального существования русского народа. Ничего в этом зазорного нет. Пора и нашей церкви подать пример, как выбираться из полисистемного кризиса.

Александр Мень так описал роль религии[17]:

«То, что религия и в наши дни оказывается связанной с наиболее значительными духовными движениями современности, лишний раз напоминает об укорененности культуры в почве веры. Ведь формы культуры определяются в первую очередь тем, как воспринимает человек окружающий мир, что он думает о себе, о жизни, о Высшем, какие этические принципы руководят его поступками, какие идеалы вдохновляют его творчество. Словом, культура в конечном счете зарождается в недрах того, что можно называть религией в широком смысле слова. История дает множество примеров, показывающих, как идеи и верования двигали миром, как мифы, концепции и убеждения меняли облик культуры. В сфере искусства этот факт неоспорим, но его можно проследить и в эволюции науки».

России для выхода из полисистемного кризиса жизненно необходимо найти свое достойное место в христианском мире, а не в каком-то другом или на обочине человечества. И для этого, вполне возможно, необходимо признание своих исторических ошибок и долгов. И пойти в этой проблеме на разумные компромиссы. Иного не дано. Даже ракеты уже заржавели. А у ядерных боеголовок кончаются сроки хранения. Конфронтация с христианским миром нужна только «ястребам» из числа высших чиновников. Для сохранения своих кресел. Ни Китаю, ни Индии Россия не нужна по большому счету. Все, что им было необходимо, они уже взяли от нее. Пока кроме земель. А новые технологии, кои им и нужны в первую очередь, Россия не в состояние им продать. Потому как не имеет и не способна в нынешнем состоянии самостоятельно их разработать. Как не способна была сделать это и во времена СССР - лучшие времена для науки, образования, культуры, да и для простого человека. России надо самой массово заимствовать высокие и «низкие» эффективные технологии у развитых стран. Из христианского мира. Для того чтобы излечиться от тяжелой голландской болезни, осуществить диверсификацию экономики, создать эффективный, а не «потемкинский» сектор инновационной экономики.

У знаний, являющихся важнейшей составляющей ЧК как фактора развития, есть две составляющие, два крыла для полета в светлое и достойное будущее: 1) духовная, базирующаяся на религии, и 2) наука (совместно с образованием). И оба эти крыла оказались у россиян подрезанными уже в течение 20 лет. Место духовного проводника, пастыря русского и российского народа свободно и никем не занято. Если не считать криминал, который заполонил все свободные ниши и щели. Ни государство, ни Русская православная церковь, ни бизнес, ни политические партии, ни  интеллектуальная элита не предложила путь, идеи для духовного возрождения русского народа и всех россиян. Все течет самотеком. А в стране уже 6 млн. человек, хотя бы раз употребивших наркотики. И это по официальным данным. В действительности их, пожалуй, втрое больше. В стране несчитанное число алкоголиков, употребляющих самогон, технический спирт и прочие ядовитые напитки. И российские дети играют в криминальных авторитетов и светских львиц-проституток. А власти и православная церковь этого как бы и не замечают. А процесс, ускоряясь, идет все в том же направление. И способствуют этому, в том числе, государственные телевизионные каналы, переполненные пошлыми и бездарными фильмами о криминале и его деяниях.



[1] Корчагин Ю.А. Современная экономика России. - Ростов-на-Дону: Феникс, 2008; Корчагин Ю.А. Российский человеческий капитал: фактор развития или деградации? Воронеж: ЦИРЭ, 2005; Корчагин Ю.А. Человеческий капитал и процессы развития на макро- и микроуровнях. - Воронеж: ЦИРЭ, 2004. - С.: 106. Сайт ЦИРЭ. http://lerc.012345.ru

[2] Вебер М. Избранные произведения. М.. 1990, с. 44-135.

[3] Мень А. История религии. Том 1. Истоки религии. - М.: Слово, 1991.С.: 27.

[4] Лапицкий М. Деятельный без принуждения.  (Трудовая этика в разных измерениях). - М.: Новый век, 2002.

[5] Вебер М. Протестантская этика и дух капитализма. В кн.: Макс Вебер. Избранные произведения. - М.: Прогресс, 1990.

[6] Вебер М. Протестантская этика и дух капитализма. В кн.: Макс Вебер. Избранные произведения. - М.: Прогресс, 1990.

[7] Лапицкий М. Деятельный без принуждения.  (Трудовая этика в разных измерениях). - М.: Новый век, 2002.

[8] Корчагин Ю.А. Экономика России и регионов при переходе к рынку. - Воронеж: ВЭПИ, 2002.

[9] Эксперт. - 2000. - № 24.

[10] Швейцер Альберт. Благоговение перед жизнью. - М.: Прогресс, 1992. Лапицкий М. Деятельный без принуждения.  (Трудовая этика в разных измерениях). - М.: Новый век, 2002.

[11] История религии / Под ред. А.Н. Типсина. - Санкт-Петербург.: Лань, 1998. - С.: 157.

[12]  Мень А. История религии. Том 1. Истоки религии. - М.: Слово, 1991.С.: 27.

[13] Рассел Б. Почему я не христианин. - М.: Политиздат, 1987.

[14] Сайт ЦРУ США. CIA - the World Factbook 2008

[15] http://www.kremlin.ru/ ; Газета «Коммерсантъ»   № 18(4073) от 03.02.2009 

[16] http://www.kremlin.ru/

[17] Мень Александр. История религии.  Том 1. Истоки религии. - М.: Слово, 1991.

 

Яндекс цитирования